29.07.2018: Наши сюжетные квесты подходят к концу, а, значит, совсем скоро будет перевод времени! Если у вас есть идеи для нового периода игры, добро пожаловать сюда!

27.07.2018: Абраксас Малфой и его три вечера ждут ваши вопросы.

24.07.2018: Флеш в поисках модераторов! Если ты позитивен, инициативен и у тебя есть свободное время, то заглядывай сюда, не стесняйся))

23.07.2018: Выбирай новую жертву "3 вечеров с..." здесь!

20.07.2018: Марлин Маккинон целых три вечера будет ждать твои вопросы! Скорей беги сюда и спроси у нее все, что не решался спросить давно.

19.07.2018: Кросспол флешмоб во второй раз открыт на Флеше. Записаться можно тут! Не пропусти адское веселье)

09.07.2018: На Флеше произошла смена дизайна. Подробнее об этом событии можно прочесть тут.

24.06.2018: Флешевцы общими усилиями написали первый выпуск журнала "Придира"! Оценить их старания можно в этой* теме.

23.06.2018: Сегодня свой день рождения отмечает наша пропажа Мэри)) Не забудьте поздравить ее в этой* теме.

20.06.2018: Флешевцы выбрали очередную жертву в "3 вечера с...". На этот раз мы все дружно можем запытать вопросами нашу прекрасную Клем. А сделать это можно вот тут*.

18.06.2018: По всему форуму разбежались обитатели Запретного Леса! Скорей помоги их найти и верни животных в эту* тему.

17.06.2018: По просьбам трудящихся решено было все же вернуть "3 вечера с...". Голосование уже началось, выбрать первую жертву можно здесь*.

13.06.2018: 11 июня отмечала день рождения наша очаровательная Доркас. Поздравить, как говорится, никогда не поздно, так что дружно делаем это в этой* теме.

07.06.2018: Сегодня день рождения отмечает очаровательная Молли Уизли! Не забудь поздравить ее с праздником в этой* теме.

04.06.2018: Очередная неделя подошла к своему логическому завершению. Мы прекрасно знаем, что многие из вас следят за новостями проекта. Очередную статью можно прочесть здесь*.

02.06.2018: Флеш растет и развивается, количество игроков становится больше. Пора бы расширить и команду АМС! Если ты неплохой спец. по мелкой графике, загляни сюда*. Мы ждем тебя!

01.06.2018: Приходи на дискотеку 70-х в ретро стиле в нашем новом флешмобе! Поспеши! Свой пригласительный можно забрать только сегодня и только здесь*.

20.05.2018: Наш распрекрасный Эван отмечает сегодня день рождения! Не забудь его поздравить вот тут*!

19.05.2018: На Флеше в третий раз открыт кроссворд, составленный администрацией эксклюзивно для наших игроков. Порадуй нас своими знаниями канона и игры на форуме в этой теме*.

14.05.2018: На Флеше произошел перевод игрового времени! Читай об этом в новостях* проекта!

12.05.2018: Неделя годовщины Флеша продолжается: сегодня мы разрезали огромный торт на 43 равных куска. Ухвати один или несколько здесь* и отмечай день рождения ролевой вместе с нами!

10.05.2018: Сегодня нашему проекту исполнился ровно один год*! В честь такого события мы открыли праздничную акцию*. Не забудь зайти и забрать свой подарок.

Marauders: Royal Flush

Объявление

Рейтинг форумов Forum-top.ru
в игре сентябрь-ноябрь 1978 года
Сюжетные квесты за сентябрь-ноябрь завершены! Благодарим за участие! А пока мы ждем перевода времени, вы можете оставить свои пожелания на следующий период здесь.
Лили знала о том, как большинство отпрысков чистокровных семей относятся к таким как она — "грязнокровкам". Они безосновательно презирают их, ненавидят и дай им волю — убивают их. Это мерзко, это противно, это несправедливо, но, к сожалению, она совершенно не в праве что-либо менять. Это уже устоявшая традиция семей, которую перенимают из поколения в поколения, да и Министерство ничего не спешит делать с этим. К сожалению, большинство таких людей как раз учились с ней в один год, но на Слизерине, факультете, который почти все гриффиндорцы люто ненавидели, да и было за что. Эванс же старалась держать со всеми дружеские отношения или, хотя бы, не лезть на рожон, как любит делать её возлюбленный и его друг, Сириус, но, увы, многие неприятности сами находили её. Сегодняшняя — не стала исключением.
Читать далее

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: Royal Flush » Альтернативная реальность » ...until you want me too


...until you want me too

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

...until you want me too

http://s5.uploads.ru/t/ZYD8x.jpg[/url]

Место действия

Дата и время

Погода

Действующие лица

seven kingdoms

304 ac

winter

Tyrion and Sansa

Аннотация | Краткое описание

and again they met. in winterfell now.


[icon]https://78.media.tumblr.com/a182acc9a7abf6b15a722ceaec101e2b/tumblr_p1swxkxp6J1wllwrqo2_540.gif[/icon][nick]Sansa Stark[/nick][status]pain deep inside[/status][sign]https://78.media.tumblr.com/b3476a974a0dcef3a874661fb5f488e7/tumblr_pe6x0mUfbF1xe6ngko1_250.gif https://78.media.tumblr.com/e29c6205a6e62f1bf28967a083ff8b4d/tumblr_pe6x0mUfbF1xe6ngko2_250.gif[/sign]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (2018-09-04 18:53:28)

+3

2

[icon]https://78.media.tumblr.com/3e8d4970485a882994aebc8b79ab3129/tumblr_o9fibchMoW1s5m21go2_250.gif[/icon][status]Hand of the Queen[/status][nick]Tyrion Lannister[/nick]

- А что Санса Старк? Какое мнение сложилось у вас о ней? - спрашивает Дейенерис Таргариен, чуть натягивая поводья, заставляя свою лошадь немного замедлиться. Холода, свирепствующие на Севере, заставили Тириона закутаться в меха с ног до головы, из-за чего издали он напоминал довольно объемный шар из одежды - не самая большая жертва во имя спасения от обморожения. Королеве же было достаточно теплого платья и плотного пальто с меховым воротником, в которых она выглядела бесподобно. Древняя кровь Валирии спасала Матерь драконов: даже колючие снежинки, лишь попадая на ее белоснежную кожу, сразу таяли, в мгновение ока превращаясь в воду. Казалось, что по венам у Дейенерис течет жидкая лава, которая и дает возможность не мерзнуть в такой дикий холод.

Она хотела прилететь в Винтерфелл верхом на Дрогоне, но Ланнистеру удалось отговорить ее от этой затеи: двор замка был слишком мал для габаритов дракона, да и производить впечатление и наводить страх там было не на кого. Поэтому сейчас они двигались верхом на лошадях уже несколько часов, и были не так далеко от цели.

- Я видел её в последний раз очень давно, моя королева. Боюсь, за это время много что переменилось. Вам лучше спросить Джона Сноу, - Тирион бросает быстрый взгляд в сторону северянина, который ехал впереди их процессии, о чем-то тихо переговариваясь с сиром Давосом Сивортом.

- Он не мой десница, - Дейенерис растягивает губы в еле заметной улыбке, от которой у Ланнистера сводит зубы. “Он твой любовник. Что может быть хуже для правительницы, чем новая привязанность?”: - И довольно неприятно узнавать от него некоторые аспекты биографии моего главного советника.

А вот и камень в его огород. Тирион лишь украдкой усмехается и поправляет шарф, спасающий его изуродованное лицо от ветра и снега. Действительно, ни второй, ни тем более первый брак он не обсуждал с Дейенерис: были темы куда важнее, чем его фатальные неудачи в личной жизни. Да и разве было о чем рассказывать? Их с Сансой союз был фиктивным и неподтвержденным, клятвы - ложными и лживыми. Однако, когда его королева в чем-то нуждается, то кто он такой, чтобы отказывать?

- Санса оставалась последней из рода Старк: Король Севера Робб был поражен клинком в сердце на свадьбе своего дяди, его братья, насколько нам тогда было известно, были убиты Теоном Грейджоем, а Арья Старк пропала без вести в день казни своего отца. Санса была ключом к Винтерфеллу и Северу, которым необходимо было завладеть незамедлительно. Мой отец не мог упустить такую возможность и сделать столь дорогой подарок Тиреллам, которые тоже строили далеко идущие планы, пожелав выдать девушку за своего милого розанчика Лораса. Мы оказались быстрее, - Тирион ненадолго замолкает, чтобы поудобнее устроиться в седле. Дейенерис слушает его с неподдельным интересом, и осознание этого медом льется на сердце карлика, заставляя хоть ненадолго отвлечься от тягостных раздумий по поводу темного и совсем не понятного будущего: - Кажется, она узнала о нашем бракосочетании только в момент, когда ее везли к Великой Септе Бейелора. План отца был хорош: Ланнистеры получали самое большое королевство, он избавлялся от моего присутствия в Королевской Гавани, я становился Хранителем Севера, а Санса… Санса получала в мужья представителя рода, который погубил ее отца, мать, брата, - Дейенерис тихо вздыхает и чуть качает головой, и Тирион лишь грустно улыбается своим мыслям. Как давно это было, будто бы в другой жизни. Все было по-другому: уже не десница, уже изуродованный в бою, но совершенно другой внутри, с другими мыслями, желаниями, помыслами, побуждениями.
- И она безропотно согласилась? - вопрос королевы внезапен, а еле уловимые нотки возмущения удивительны, и Тирион ощущает из-за этого некоторую неловкость. Как только он мог забыть, что Дейенерис тоже когда-то давно познала все прелести брака по принуждению - это до сих пор ее беспокоит, поэтому следует быть несколько осторожным в своих формулировках.

Но и врать ей, облачать не самую приятную правду в красивую обертку было бы крайне неправильным.

- У нее не было выбора. Санса уже несколько лет была нашей почетной пленницей, а вы видели Серсею - для нее сломать маленькую девочку не составило большого труда. К тому же Джоффри… - перед глазами всплывает пурпурное лицо племянника, его красные глаза с полопавшимися сосудами, разодранное пальцами горло. Эта страшная сцена навсегда врезалась в память Тириона, казалось, что он мог закрыть глаза и восстановить события того дня до мельчайших подробностей вплоть до элементов украшения проклятого свадебного пирога: - Я не хотел становиться для нее еще одним чудовищем из семьи Ланнистер, по возможности защищая от нападок своего племянника. Наш брак так и не был консумирован, поскольку это бы точно добило ее окончательно, и без того разбитую после вестей о Красной свадьбе.

- И какой она была? Сломленной и униженной? - спрашивает Дейенерис, и Тирион замолкает, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы передать те ощущения многолетней давности.

- Не сказал бы, что Серсее и Джоффри удалось довести свое дело до конца. Ей удалось сохранить доброту, детскую наивность и веру во что-то хорошее - это открылось мне только тогда, когда она стала хоть немного привыкать и открываться мне. Но бесценный опыт выживания в Королевской Гавани не прошел для нее даром - раз она сейчас дома, живая и здоровая.

Они говорят о чем-то еще в попытке убить время во время своего пути, пока к ним не присоединяется Миссандея из Наата, без труда и зазрения совести крадя все внимание королевы. Тирион немного отстает, давая возможность девушкам, увлеченным беседой, чуть оторваться вперед, и убирает шарф от своего лица - снегопад наконец прекратился и ветер утих, что не могло не радовать. Только сейчас Ланнистер понимает, насколько же он устал: то ли долгий и изнурительный путь, то ли рассказ о прошлом, погружений в которое он старательно избегал, отобрал у него последние силы. Сейчас он нуждался только в мягкой постели, теплом вине и горячей ванне. Лишь уже виднеющиеся вдали стены Винтерфелла дарили какое-то радостное предвкушение и не давали заснуть прямо в седле.

Подумать только, Тирион был здесь в последний раз, когда скончался бедный Джон Аррен, и Роберту понадобился новый Десница. Тогда пришлось покинуть Утес Кастерли, на который ему так и не было суждено вернуться, и держать долгий путь сюда, в суровое место с суровыми людьми. В день прибытия Тирион сбежал с официальной части приветствий и обмена любезностями в бордель: и там, и там сквозило ложью и лицемерием, только в окружении шлюх находиться было куда приятнее, чем любоваться холодной яростью Серсеи, скукой в глазах Джейме и громоподобным басом Роберта - этого он получил с избытком вечером, когда оказался на пиру в честь короля.
Удивительно, но там он впервые увидел свою будущую жену. Маленькая девочка с манерами истинной леди, которой тогда грозило будущее королевы Семи Королевств. Тирион не обратил на нее никакого внимания - тогда его интересовало вино, книги в библиотеке Винтерфелла и скорая поездка Бенджена Старка с бастардом Хранителя Севера на Стену, к которой так хотелось присоединиться.

Хорошее было время, тогда все было простым и безхитростным. В вечер дня приезда все были счастливы, хоть и сами не понимали этого. Серсея обнимала вредного, но пока что безобидного Джоффри, тихого Томмена, улыбчивую Мирцеллу. Джейме, язвительный и непокалеченный, привычно нес караул у дверей в спальню королевы, сжав пальцы правой руки на рукояти своего остро наточенного меча. Старки, еще не знающие, что в будущем их ждут чуждые им интриги, война, кровь, обсуждали венценосных гостей и готовились отойти ко сну.

Лишь единицам удалось дожить до сегодняшнего дня. Везунчикам или неудачникам? Тут с какой стороны посмотреть...

Кованная решетка медленно поднимается вверх. На лице Дейенерис застыла маска величия и превосходства, которая появлялась всякий раз, когда из обычной девушки она перевоплощалась в неопалимую владычицу Вестероса и Мать Драконов. Тирион, как Десница, находился по правую руку от своей королевы, Джон Сноу, вечно хмурый и задумчивый - по левую. Уезжал королем, а вернулся Хранителем, присягнувшим иноземной захватчице. И сколько времени понадобится, чтобы выбить это суждение из голов упрямых северян, на чьи земли пришли эссоские Безупречные и дотракийские воины? Столько у них нет, в этом Тирион уверен. Мертвые приближаются.

Как только они заезжают во внутренний двор Винтерфелла, их накрывает огромная тень, а сверху доносится рёв Дрогона. В отличии от расслабленной и непоколебимой Таргариен, Тирион вздрагивает и поднимает голову вверх, чтобы взглянуть на кружащего в небе дракона - дикая смесь из восторга и ужаса при виде этого великолепного и смертоносного существа все также заставляла внутренности сжиматься в тугой узел. От созерцания Дрогона его отвлекает голос Миссандеи, терпеливо перечисляющей все титулы Дейенерис, успевшей спешиться и подарить улыбку девушке, стоящей впереди небольшой толпы из жителей Винтерфелла.

Идеальная осанка, стать Старков, красота Талли, манеры истинной леди, вытачиваемые годами. Действительно, Тирион знал ее когда-то...

Он сползает со своей лошади, спешит встать рядом со своей королевой, краем глаза наблюдает, как смазанной тенью к Джону Сноу несется еще одна девушка - видимо, Арья. Отвлекаться на встречу брата и сестры не имеет для него никакого смысла, сейчас он видит лишь ее одну. Дейенерис что-то говорит, но это проходит мимо него, не впитывается в воспаленное сознание, отторгается им. Он знал ее когда-то…

- ...Мой Десница - Тирион Ланнистер, с ним вы уже знакомы, - произносит Дейенерис Таргариен с улыбкой, и ему наконец удается взглянуть в эти глаза - слишком взрослые, будто пропитанные пережитым, наполненные до краев горьким опытом. Не такой взгляд должен быть у молодой девушки, наконец вернувшейся домой. С этой девушкой он не был знаком.

Не ей он клялся перед богами и людьми.
Не с ней разговаривал в садах Красного Замка о всяких глупостях.
Не ей ободряюще улыбался на приемах, будто уверяя, что среди огромной толпы придворных она теперь не одна.

"Что с тобой произошло за эти годы, Санса?"

- Леди Старк, - Тирион наконец берет себя в руки, делает поклон, выдавливает из себя вежливую улыбку: - Я рад вас встретить в Винтерфелле в добром здравии.

Свое обещание вернуть её домой он так и не сдержал. Хвала Семерым, что ей удалось справиться с этой труднейшей задачей самой.

Но какой ценой?

+3

3

Люди кипели в своем возмущении, своем недовольстве и задетой гордости. Большой чертог Винтерфелла был переполнен всеми знаменосцами Старков, лордами Долины, что представляли собой союзный Северу регион. Мужчины кричали, били руками по столам из вековых деревьев, стучали по ним кубками из меди и бронзы, поддерживая речь держащего слово лорда Гловера, лорда Дипвуд Мота.
- Миледи, Таргариенам веры нет! – высокий мужчина, массивной своей фигурой напоминающий медведя, громогласно роняет свои слова. Он - голос подавляющего большинства всех присутствующих в чертоге, ему вторит одобряющий гул остальных. Даже леди Мормонт поддерживает его скупыми кивками, даже самые преданные Джону люди высказывают свой гнев, свое несогласие с поступком ныне не Короля, а лишь Хранителя Севера. - Мы дали клятву Джону Сноу из рода Старк, Белому Волку как своему Королю! - слышатся выкрики одобрения, гул на несколько мгновений возрастает, лорд Гловер - продолжает. - Эти южане - ублюдки, все вместе взятые, - мужчина сплевывает в презрении. - Лорды - педрилы, вот пускай и присягают на верность таргариеновской шлюхе, вдове табунщика! Север выше этого!

Очередное собрание, и те же самые темы обсуждения. Люди недовольны. Люди готовы рвать и метать от ярости: покойные Эддард и Робб, прошедшие события, возродили в северянах обостренное чувство гордости; презрение к южанам возросло в сотни раз – и прежде наиболее самобытный от всех прочих регион соблюдал дистанцию от остальных шести королевств, а ныне… Ныне, ощутив себя независимыми, превосходящими по положению всех прочих, они не могли, не хотели возвращаться к прошлому своему статусу – быть как все, как другие королевства Вестероса. Будто бы они равные.

Санса – Леди Винтерфелла – сидела на величественном каменном троне Королей Севера. Она внимательно слушала высказывающего наболевшее лорда Гловера: ее глаза следили за его движениями, за мимикой и игрой голоса; подмечала она и общую атмосферу в чертоге: кто более всех шумел, кто бил о стол будто бы не хотя. Ее лицо – милая маска понимающей хранительницы, если угодно – матери, что выслушивает своих детей, с родительской мудростью закрывая глаза на бранные слова и общую агрессивную атмосферу. Ведь, несмотря ни на что, все собравшиеся в чертоге воины остаются все также преданными дому Старк. Их обжигающие гневом и обидой слова сейчас – прекрасное тому доказательство.
Санса выслушивает лорда Гловера до конца и благодарит его за честность и прямолинейность. Пожалуй, это была именно та черта, что так ярко выделяла северян на фоне всех остальных жителей Вестероса – не в чести были интриги. Нет, в политике, борьбе за власть – безусловно, это неотъемлемый атрибут властителя и тех, кто так отчаянно пытается занять его место. И все же, северяне, в обычной своей жизни, угрюмые, битые жизнью и вынужденные из года в год сражаться с суровой зимой, были куда просты в общении. Что существенно играло сейчас леди Старк на руку.
- Милорды… - Санса поднимается на ноги, обращаясь ко всем присутствующим. Наконец, после всех сказанных речей, она берет свое слово. Постепенно гул затихает, все взоры устремляются на Хранительницу Севера, стоящую перед ними на небольшом возвышении. – Скажите мне как на духу – Вы считаете Север уникальным регионом, местом, в котором люди сражаются каждый день своей жизни, каждый сезон года? – кажется, она выдерживает взгляд с каждым присутствующим. А их – сотня, нет, больше. – Вы считаете, что прогнившие в праздности своей южане – это оплот всех низостей, слабостей человеческой натуры? Ленивые, лживые – нам действительно нет с ними никакого дела… - девушка качает головой, кривится в омерзении. Слушатели ее с горящими глазами кивают в согласии, тихий – из уже заработанного уважения – тихий гул густым туманом заполоняет весь чертог. – Мы, северяне, всегда выделялись на их фоне. Мы всегда ценили себя и свое слово: данное нами слово – гарант, нерушимый!.. А теперь, скажите мне, как можем мы с вами идти на попятную, коли нами же выбранный король, сделал свое решение – дал клятву? Посмеем ли мы запятнать себя тем, что предадим короля своего? Мы с вами единственные, кто заботится о выживании человечества! Мы с вами единственные, кто мыслит справедливостью, честью и самоуважением! Истинным самоуважением! И раз эта… Дейнерис Бурерожденная из дома Таргариенов, от крови древней Валириии и прочая, прочая, столь низко падает, что из великого этого дела – всеобщего спасения – строит политический ход, вынуждая нашего с вами короля дать присягу – пусть! Пусть! Мы, потомки первых людей, что головы андалов на пики сажали, уступим! Уступим, а уж что будет после предстоящей великой войны – посмотрим!

Санса заканчивает речь, оглядывает всех в последний раз и скрывается за дубовой дверью, ведущей во двор. За ее спиной – ревущая толпа, раззадоренная ею; еще час назад непреклонные, недовольные поступком своего короля, они гремели в одобрении и поддержке, кажется, на весь Север.

Резкими шагами она идет прочь от чертога. Ни в личный рабочий кабинет, в котором работает часами напролет, ни на главную стену. Санса стремится как можно быстрее оказаться в Богороще, подле Чардрева. И вот, она уже там – падает в снег на колени, касается укрытыми перчатками ладонями ствола божественного символа.
Санса не молится – у северян нет четких молитв, нет официоза и бюрократии в структуре, что отвечает за божественное. Санса прикрывает глаза и пытается дышать ровнее – концентрируется на своих вдохах и выдохах.
Ее всю наполняет ярость. Санса чувствует внутри себя бурю негодования – как так, как он мог так поступить! И дело не в том, что решение было принято им единолично – Джон король, в конце концов, и не обязан отчитываться. И все же на краю сознания свербит мысль: не будь ее, они все были бы мертвы, а война - проиграна! Быть может, Джон был хорошим братом ночного дозора… да, которого его убили свои же братья – очень хорошим. Нужные люди за определенную плату ввели ее в курс дела – теперь девушка предпочитала держать руку на пульсе. И вот многое из услышанного Сансе не нравилось: она понимала мотивы брата, понимала, что он делал и почему. Но, очевидно, политиком и лидером он был не самым лучшим – не завоевывал доверия людей, не убеждал их, колеблющихся, в верности своих действий. Предательство мальчишки, его стюарда – в первую очередь прокол Джона. Ибо не уследил, не предпринял превентивных мер. Нет, Джон был прекрасным воином против войны с мертвецами, но то, как он налаживал связи с людьми – никуда не годится.
Санса касается лбом коры дерева, тяжело выдыхает.
Джон был слишком похож на отца. И потому ее терзали сомнения – отец оказался не самым прозорливым Хранителем Севера. И не дай Боги Джону повторить его путь.

- Весь Винтерфелл только и говорит, что о твоей вчерашней речи в Большом чертоге, - реплика Арьи ожидаема – пришла к сестре в кабинет, развалилась на тахте и в молчании чистит подаренным Браном кинжалом яблоко. Санса отрывается от рабочих документов и переводит все свое внимание на сестру. Арья все так же чистит яблоко, глаз не отрывая от спелого плода. Молчание наполняет комнату.
Санса знала, ей уже сообщили – ее речь возымела свои плоды; ей удалось сыграть на высокомерии своих людей, их презрении к южным народам. Она проделала замечательную работу.
- Присутствовала бы на собрании в качестве члена семьи Старк – не пришлось бы довольствоваться лишь слухами – была бы свидетелем события, - Санса отвечает, чешет задумчиво висок. Арья в ответ фыркает.
- Делать мне нечего как время попусту тратить.
Санса жмет плечами. Молчит, вновь – для вида – приступает к работе.
- Ты действительно так думаешь? – наконец, Арья задает вопрос, ради которого и пришла. Поворачивается к Сансе всем корпусом, глядят прямо в глаза. – Все твои слова – они искренние?
- Джон дал присягу этой Таргариен, - девушка отвечает откровенно. Между ней с сестрой может быть недосказанность, но ложь – низа что. Не когда только они друг друга и остались, не считая самого Джона и Брана, что совсем не походил себя прежнего. Санса откидывается на спинку стула, чуть прищуривается. – Теперь она – наш сюзерен, это так. Но это не значит, что к ней лично я должна испытывать какое бы то ни было уважение и чувство верности. Я ни к кому его боле не испытываю, увы ни к Джону в том числе. Не искренне, не от всего сердца – лишь холодный расчет и здравый смысл.
В ответ Арья хмурится. Что в голове младшей сестры, Санса не знает – сплошные потемки. Она так изменилась за прошедшие года… Они все изменились, каждый по-своему.
- Подрик написал, что они ходили к Серсее, - вслух замечает Арья, переводя тему. Санса сдерживает сухую улыбку, что норовит отразиться на ее лице – сестра разделяет ее отношение к ситуации. Чудно. Чудно…
- Она в твоем списке.
- И она будет убита, - кивает Арья, – сейчас или в ходе войны – не имеет значения.
Санса не спрашивает сестру: А что, если Джон будет против? Не спрашивает, потому что знает – позиция брата ничего не изменит. Не для категоричной в своих решениях воительницы, в которую превратилась Арья.
- Эта драконья королева ведь прибудет на Север, раз согласилась оказать Джону помощь, - задумчиво протягивает Арья, и в комнате раздается красочный хруст – откусывает, наконец, свое яблоко. – А вместе с ней и ее десница – твой первый муженек. Мне стоит внести его в список?
Вопрос Арьи становится для Сансы неожиданностью. Девушка замирает на месте, с писчим пером в руке.
Тирион… Как она о том не подумала – ей ведь действительно придется с ним встретиться. С навязанным мужем, недействительным перед Богами, с выходцем из рода, убившего ее семью, с карликом и пьяницей… с единственным во всей Королевской Гавани человеком, относившимся к ней с добротой. Был еще Пес, но его как человека подневольного Санса даже не рассматривала.
- Нет… - шепчет она вслух, все еще погруженная в воспоминания. Лицо девушки становится маской – слишком сильная буря внутри, и не перед сестрой, ни перед кем она не будет показывать собственную слабость. - Я уже говорила Джону - лорд Тирион был более чем добр ко мне. Лучше лиши Серсею жизни. Как можно более изощренным способом.
- Оо… - протягивает Арья с дьявольской ухмылкой на лице, - всенепременно это устрою.

Как только Арья закрывает за собой массивную дверь, Санса резко встает на ноги, подходит к окну. Она обхватывает себя руками, ладонями крепко сжимает предплечья.
Вся в заботе о Севере и его нуждах, исполняющая обязанности Леди Винтерфелла и большинство – его Хранителя, девушка совершенно упустила из виду факт, подмеченный сестрой – она увидится со своим первым мужем.
От чего-то это ее волновало. Сильно. Тирион был свидетелем, очевидцем ее жизни в Королевской Гавани – времени, которое сломало в Сансе наивные девичьи грезы о жизни словно в романтичной балладе; времени, когда она по собственной глупости стала косвенной причиной ареста и казни отца – она, именно она побежала к Серсее, жалуясь на родителя, в спешке собирающегося вон из Королевской Гавани. Как же – боялась разлучиться с принцем, своим златовласым мужем, от которого мечтала понести таких же златовласых детей.
Мерзко. Тошнит от самой себя.
И Тирион, добрый Тирион, был всему тому свидетелем…
Однажды Санса задалась вопросом – а что, если бы она позволила мужу скрепить их брак? Тогда бы ей не пришлось познать Рамси и его ножей на своей коже... Эти мысли в то же мгновение заполоняют сознание воспоминаниями. Санса чувствует их, чувствует всем телом. Санса начинает дрожать. Начинает задыхаться. Нет воздуха.
- Эллен! - кричит Санса, и спустя некоторое время в кабинет вбегает ее служанка. Оценив ситуацию, девушка дает распоряжение кому-то за дверью и, подхватив госпожу под локоть, ведет ее в личные покои. Санса выдерживает путь по коридорам замка, пока наконец за ней и Эллен не закрывается дверь. Служанка тотчас же принимается раздевать свою госпожу, как можно скорее. Санса дрожит как в лихорадке, ее губы и кулаки сжаты. И только стащив с себя обтягивающие стан платья, юбки, погрузившись в ванну горячей воды, Санса в облегчении делает глубокий вдох.

Наконец, наступает день, к которому готовились все слуги Винтерфелла, завершающие ремонт замка – нивелирующие урон, что был причинен Грейджоями, а затем и Болтонами.
Санса, облаченная в свой лучший наряд, стоит во дворе замка. Рядом с ней, у правой руки – Арья, притаптывающая в нетерпении от предстоящей встречи братом. Брана с ними нет – пожелал остаться у Чардрева, не видя необходимости в собственном присутствии. И потому его место у левой руки занимал мейстер Уолкан.
Помимо них, во дворе ровным строем стояли некоторые лорды Севера, еще не покинувшие Винтерфелл. Ближе всего к Сансе был лорд Гловер – с этим суровым, скорым на тяжелое словцо, мужчиной леди Винтерфелла вскоре сблизилась, сразу после своей последней, столь впечатлившей вассалов, речи. Санса догадывалась: последним своим поступком она невольно связала усилившееся чувство преданности не только с домом Старк, но и с самой собой – люди видели в ней защитницу собственных интересов. Джон оставался королем… нет, хранителем Севера, ведущим их в бой. Но именно Санса умела управлять, подобрать ключ к любому из них. Рядом с лордом Гловером стоит лорд Ройс. Он все так же оставался в Винтерфелле, не желая покидать леди Старк в одиночестве. Санса ценила личную к себе преданность этих двух мужчин.
И вот, дозорные дуют в рога – кованная решетка медленно поднимается вверх. Санса внимательно разглядывает прибывших в замок; ее фигура источает величие своего дома, ощущение собственной силы и некоторой высокомерности. Вдруг, раздается рев – позади людей виднеется огромная туша дракона. Санса вздрагивает, еле заметно. Что девушку радует, так это то, что и все остальные северяне, военачальники с Востока, достойно реагирует на неожиданное – откровенно демонстративное – появление хищника.

Девушка глядит прямо в глаза своей новоиспеченной королеве. И как только какая-то южанка прекращает перечислять титулы Таргариен, лорд Гловер делает шаг вперед.
- Перед вами стоит Леди Санса Старк из рода Королей и Хранителей Севера, прямых потомков Первых Людей и Хранителей Веры Старых Богов, Леди Винтерфелла, Глас всего Северного Народа; внучка Хранителя Севера Рикарда Старка, заживо сожженного свергнутым королем Эйрисом Безумным Таргариеном; племянница Брандона Старка, Наследника Дома, заживо сожженого свергнутым королем Эйрисом Безумным Таргариеном.
Лорд Гловер говорил громко, не спеша, с выражением. Санса, не отрываясь, глядела в глаза Таргариен. Кожей ощущала прожигающий взгляд Джона. Должно быть, недоволен. Увы, девушка ничего не могла поделать – северяне самолично пришли к ней с предложением, отказаться от которого значило утратить собственное к себе доверие.
- Рады видеть вас, королевское высочество, - наконец, Санса приветствует Таргариен.

Та, надо отдать очередь, делает вид, что ничего не произошло – завязывается регламентированная приветственная беседа, в самом процессе которой Арья не выдерживает, и все таки срывается с места: не привлекая к себе внимания, направляется к Джону.
- ...Мой Десница — Тирион Ланнистер, с ним вы уже знакомы, - говорит Таргариен, и Санса впервые за все время смотрит в его сторону. И вздрагивает.
- Милорд, - сухо кивает она Тириону. – И мне радостно видеть вас живым, вновь занимающим пост монаршей Десницы.
Санса запрещает себе думать, чувствовать, вспоминать. Сейчас - она исполняет свой долг. Личному нет места.

И вот, формальности все соблюдены – слуги принимаются за размещение знатных гостей и не очень.
- Чертовы драконы, - басит лорд Ройс. Санса кивает мужчине в согласии. Действительно, как значительно они перевешивают они соотношение сил, в сторону того, кто ими обладает. Как бы Джон не ратовал за войну против мертвецов, девушка до конца не могла того осознать. В ее сознании был один враг. Люди. Ланнистеры. Грейджои.
- И этот карлик, к тому же Ланнистер, - сплевывает лорд Гловер. Санса вздрагивает. Ей неприятно с каким тоном говорят о Тирионе. И все же, напротив, она кривит губы в сдержанной ухмылке - будто бы в согласии.

Спустя несколько дней, ночью, Санса бредет по спящему Винтерфеллу, с бокалом вина в руке. Ее мучает бессонница: очень часто, бывают такие периоды, когда во снах своих она видит Рамси. Он шепчет ей, шепчет тихо на ухо что-то... и в тоже мгновение хватает за обнаженные ее бедра и резко всаживает, на сухую.
Оказавшись в библиотеке, Санса встречается взглядом с Тирионом, не единственным сегодняшним полуночником.
- Должна была догадаться, что встречу вас здесь, лорд Тирион... - девушка плотнее запахивает домашнее платье. Растрепанная ее простая коса небрежно лежит на груди. Она садится там, где и хотела - в кресле, в читательском отсеке. Тирион сидит рядом. Ей неловко.

[icon]https://78.media.tumblr.com/a182acc9a7abf6b15a722ceaec101e2b/tumblr_p1swxkxp6J1wllwrqo2_540.gif[/icon][nick]Sansa Stark[/nick][status]pain deep inside[/status][sign]https://78.media.tumblr.com/b3476a974a0dcef3a874661fb5f488e7/tumblr_pe6x0mUfbF1xe6ngko1_250.gif https://78.media.tumblr.com/e29c6205a6e62f1bf28967a083ff8b4d/tumblr_pe6x0mUfbF1xe6ngko2_250.gif[/sign]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (2018-10-14 23:47:29)

+3

4

[nick]Tyrion Lannister[/nick][status]Hand of the Queen[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/3e8d4970485a882994aebc8b79ab3129/tumblr_o9fibchMoW1s5m21go2_250.gif[/icon]
Она отвечает - сухо, лишь соблюдая необходимые формальности, как сестра Хранителя Севера Деснице Королевы. Это самое правильное, что она могла сделать, самое верное - то, чего от нее ждали и преданные ей лорды, и его повелительница, и нынешний Хранитель Севера. Так почему же внутри Тириона Ланнистера всё будто рухнуло в один миг?
“Неужто ты, Бес, ожидал, что она кинется тебе на шею со слезами радости?”
Нет, совершенно. Но было бы достаточно малейшего намека на то, что их прошлое - это реальность, а не сон, не его видение в алкогольном угаре по пути в Эссос.

Это не та Санса, которую он помнил, которую знал когда-то в прошлой жизни. Это взрослая, совершенно чужая девушка, властительница Севера, хозяйка Винтерфелла. Это следует усвоить, иначе будет слишком сложно - а трудностей сейчас хватало и без этого. Поэтому Тирион шумно выдыхает сквозь сжатые зубы и следует за своей чуть нахмурившейся королевой, нервно теребящей ткань юбки собственного платья. Карлик оборачивается и ловит многозначительный взгляд Вариса, видит некоторую сконфуженность Миссандеи. Что-то произошло, пока он позволил себе забыться, нырнуть в личное с головой. Его ошибка, промах, который не следует больше повторять, поскольку теперь он не принадлежит себе - лишь своей королеве.

Но что произошло?


- Внучка и племянница сожженых заживо свергнутым королем Эйерисом Безумным Таргариеном!
- чеканит Дейенерис, в порыве гнева всплескивая тонкими руками и меряя шагами просторные покои, выделенные леди Сансой для монаршей особы. Варис молчит, увлеченно рассматривая медвежью шкуру на полу, Серый Червь хмурится, Миссандея не сводит обеспокоенного взгляда со своей повелительницы: - Да как они смеют? Как они только могли?
- Сам не понимаю, Ваше Величество, - с чувством произносит Тирион, благодаря чему заслуживает кивок Таргариен: - Лгать в лицо собственной королеве! Ведь Брандон Старк был задушен в своей тщетной попытке спасти своего отца Рикарда, ведь так, лорд Варис? Кажется, вы присутствовали тогда на казни Старков?
- Именно так, милорд, - поспешно соглашается Паук, кутаясь в меха и смотря на Тириона исподлобья: - Но о подробностях Вам лучше спросить своего брата…
- Довольно! - Дейенерис поднимает ладонь, словно этим жестом желала остановить этот лишний, неприятный, совсем не нужный ей диалог: - Ты понял, о чем я говорила, Тирион!
Дело плохо, раз с привычного и вежливого “Вы” Дейенерис переходила на простонародное “Ты” в присутствии других лиц. Неужто упоминание злодеяний отца так сильно ранило её, задело за живое? Несомненно, северяне поступили неразумно, позволив себе подобную выходку, но для Таргариен подобное не могло стать причиной такого эмоционального взрыва. Возможно, усталость после долгой дороги так сказывалась, как и нервозность по поводу всего того кошмара, в каком они оказались. Не те слова Тирион подобрал в попытке хоть немного снять напряжение, которое, казалось, плотной тучей повисло в воздухе, далеко не те.
- Да, моя королева, - мужчина устало трет переносицу и смотрит на Дейенерис прямо, не мигая, выдерживая ее тяжелый взгляд: - И, уверен, сейчас Джон Сноу отчитывает лорда Гловера за его поступок, и впредь подобное больше не повторится. Северяне одичали без правителя на Железном Троне, но дайте им время, чтобы привыкнуть.
- И теперь мне следует терпеть их дерзость?! - Дейенерис гордо вскидывает голову, однако в ее голосе уже нет стали, нет жажды спалить Винтерфелл и весь Север дотла. Сейчас она слушала, давала шанс, что было крайне ценно.
- Не думаю, что нечто подобное повторится. Северяне - крайне ограниченный народ, считающий себя куда выше остальных жителей Вестероса лишь по причине своей тяжкой жизни в суровом регионе. Но помимо этого они кичатся своей честью и преданностью и совсем не обманывают. Раз Джон Сноу преклонил колено, значит, они не посмеют ослушаться своего Белого Волка, как бы не была соблазнительна мысль об этом. К тому же эти детские капризы сохранятся лишь до первой битвы - когда они увидят, с каким воодушевлением вы ринетесь в атаку верхом на Дрогоне ради их спасения, они искренне пожалеют о своей дерзости и примут вас не из-за решения своего грандлорда, а потому что в их глазах вы будете достойной их преданности.

Гроза с огненным дождем обошла стороной Винтерфелл, поскольку королева удовлетворенно кивает и разрешает всем удалиться, чтобы отдохнуть в выделенных леди Сансой покоях. Вряд ли хоть кто-то из северян скажет за это спасибо Тириону Ланнистеру - скорее, плюнут в спину и осыпят проклятиями всю его семью. Впрочем, после битвы на Черноводной Тирион совершенно не нуждается в благодарностях, не для этой вымученной мелочи он делает то, что делает. Его миссия куда важнее, чем кто-либо может представить - ему нужно уберечь девочку от чудовищ внутри нее, что так жаждут расправить крылья. У Безумного Короля не было того, кто мог помочь, но его дочь куда удачливее, куда сильнее, куда лучше. Борьба длиною в жизнь, но если им с Дейенерис удастся держаться в победителях, Семь Королевств ждет процветание.

Но сначала нужно победить в земных битвах. Да не покинут их в страшный час Старые и Новые боги.



Несколько дней обсуждений, вечных споров, недовольств и соглашений. Несколько бессонных ночей из-за мыслей, что не покидают его голову ни на секунду. В зеркале Тирион видит, как осунулось его лицо, как впали щеки под густой бородой, как темны тени под глазами. Он твердит себе, что будет бесполезен своей королеве без своего заржавевшего без сна и отдыха ума, но ничего не может с собой поделать, рассматривая потолок своей спальни каждую ночь. По иронии судьбы, эта та самая комната, в которой он останавливался много лет назад, когда единственной его заслугой было родство с Серсеей. Хотя, возможно, ему так просто приятно думать, ведь воспоминаний о тех покоях у него не осталось - он мало ночевал в Винтерфелле, предпочитая бордель неподалеку.

“Стареете, милорд Тирион. Бог титек и вина уже не тот.”

Кажется, это прозвище он придумал себе, когда хотел вывести отца из себя на унизительном торжестве - в тот раз у него получилось, впрочем, как и всегда. Вино тогда отдавало кислятиной, а широкие улыбки гостей вызывали зубную боль. Прикрой глаза - и вот он, водоворот, включающий себя гадкий оскал Джоффри, ухмылку Серсеи, внимательный взгляд Тайвина, притихших Тиррелов, не скрывающую свое недовольство Королеву Шипов. Высшая степень величия дома Ланнистер, больше подобного никогда не достичь, чтобы не придумывала себе его сумасбродная сестрица, мертвой хваткой вцепившаяся в Железный Трон.

Тирион облачается в тёплый халат, идет по знакомым коридорам, прижимая к себе полный кувшин вина и кубок. В такой поздний час Винтерфелл кажется опустевшим, покинутым, несмотря на горящие факелы вдоль стен. Завораживающее зрелище, хоть и пугающее - впрочем, времени для страха у него достаточно, нечего посвящать ему эту прекрасную ночь.

Древний фолиант, кубок вина, несколько свечей и одиночество. Да уж, от подобного Тирион успел отвыкнуть: Десницу Королевы в последнее время редко оставляют в покое, наедине с самим собой. Он наслаждается этим затишьем перед бурей, пока может, ловит каждое мгновение, водит взглядом по строчкам первой попавшейся книги, хотя не понимает ни слова из написанного - слишком далеко он сейчас мысленно.

А ведь буквально стоило настоять на своем и отправиться в Винтерфелл, не дожидаясь свадьбы Джоффри и Маргери, и он бы стал полноправным хозяином этого замка, этого региона, сидел бы здесь не в качестве гостя, а как Лорд Тирион, Хранитель Севера, муж Сансы Ланнистер, в девичестве Старк. Возможно, у них были бы дети, наследники, маленькая надежда на будущее, этакая возможность продолжить жизнь после собственной смерти - как жили лорд Эддард и леди Кейтилин в своих отпрысках.

Как продолжал жить лорд Тайвин в Джейме, Серсее.
В нем самом.

"- Мы подождем. Месяц, год, зиму… Сколько бы ни понадобилось. Клянусь честью Ланнистера: я не трону тебя, пока ты сама этого не захочешь.
- А что, если я никогда не захочу, милорд?
- Никогда? Ну что ж, для бесов вроде меня боги создали шлюх
."

Со шлюхами у него так ничего и не вышло, но с каждой он расплатился с присущей ему ланнистерской щедростью: Тиша получила золотого дракона поверх груды серебра, Шая стала обладательницей прекрасной цепи, что так подходила к ее прекрасной тонкой шее. Ланнистеры платят свои долги, и кто такой Тирион чтобы нарушать древнейшие правила рода?
Он делает глоток вина, чуть морщится, отгоняя ненужные воспоминания, которым нет места в его нынешней жизни. Прошлое в прошлом, и многое необходимо отпустить, вырезать из себя, словно гниющую плоть, а не воскрешать раз за разом. Так легко признать это, так трудно воплотить в жизнь.
“У каждого свои призраки. Мои вряд ли когда-нибудь меня покинут.”

Она появляется внезапно, даже в полной тишине Тирион не услышал её тихую поступь. Не та идеальная леди Старк, что он видел во дворе Винтерфелла, а Санса - простая, такая домашняя, до боли знакомая. Он видел её такой каждую ночь, когда ложился спать с ней в одну широкую кровать на правах супруга, каждое утро, когда собирался идти в свой рабочий кабинет, чтобы выполнить обязанности Мастера над Монетой. Ланнистер смотрит на нее, любуется ее красотой, что с годами лишь приумножилась. Теперь перед ним не беззащитная девочка - молодая гордая женщина, желать которую не является преступлением в его глазах. Только вот не позволит себе, он прекрасно помнит свою клятву и ее “никогда” - жестокое, болезненное, хлесткое, словно пощечина.

“Тирион. Не прохладное “милорд”, не бесцветное “сир”.”

Это кажется важным.

- Библиотека Винтерфелла поразила меня еще во время моего первого появления здесь. Не мог не посетить ее вновь, - говорит Ланнистер, наконец отворачиваясь, отрывая свой внимательный взгляд, от которого не ускользнул полный бокал в ее тонких руках, и подливая себе вина: - Кажется, ты не была поклонницей этого чудесного напитка. Все течет, все меняется.
Он салютует Сансе своим кубком, давая понять, что пьет за нее и ее здоровье, делает пару глотков, чувствуя, что выпитое вино расслабляет и согревает изнутри, чуть туманит рассудок. То, что действительно необходимо, в чем он так давно нуждался.
И что же теперь? Плести кружево светской беседы, создавая атмосферу Королевской Гавани и Красного Замка? О нет, не сейчас, не с ней наедине, Тирион упустит эту возможность, позволив себе говорить прямо - то, что возникало в его голове раз за разом.
- Ты стала еще прекраснее, Санса, но что-то в тебе, в твоем взгляде не дает мне покоя. Путь в Винтерфелл был слишком тернист и долог?

Отредактировано Orion Black (2018-09-06 11:39:43)

+1

5

- Что это было? – Джон хмуро глядит на сестру. Что значимо – голос на нее не повышает. – Почему ты не дала мне остаться с этим… лордом Гловером наедине? – Джон сжимает ладони в кулаки, хмурится. Недоволен. Ну надо же.Подобное его поведение недопустимо. Я не могу…
- Вот именно, - кивает Санса, – не можешь. – лицо мужчины принимает недоуменное выражение. - Ты не можешь разглядеть заговор под собственным носом, Джон, - Санса раздражена, она устала. Говорит тихо, но твердо. Утомленно. Кажется, с братом нельзя действовать тонко – понимает лишь прямые слова, простые формулировки. Как же она от подобного отвыкла. – Скажи, ты хочешь потерять их всякое к себе уважение? Они видели тебя лишь при одной битве. Битве, которую ты проиграл. А теперь еще и твой последний поступок. Знаешь ли ты, как до сих пор на Севере презирают Торрхена, преклонившего Колено? Знаешь, как глумятся над ним, сплевывают в презрении, конечно, не в присутствии его потомков?
- Но это было необходимо, Санса. Нам необходимы люди, драконье стекло…
- Я понимаю. И наши люди понимают. Но ты не берешь в расчет их ментальность, их национальные особенности. Джон, - девушка ступает ближе к брату на шаг, заглядывает в его глаза. – Ты должен понимать людей, которыми ты руководишь. Все мы разные, и то, что так очевидно для тебя, для других – потемки. К тому же… даже я, не имеющая военного опыта и полного образования в этой сфере, представить себе не могу, как эти… дотракийцы смогут воевать в условиях бурана.
Джон молчал. Санса мягко коснулась его плеча.
- Мы все были не в восторге от поступка, на который тебе пришлось пойти. Но я согласна с тобой – другого выхода не было. Ты молодец, Джон. Молодец…

Когда Джон уходит, Санса шепчет - так, что и сама не слышит - ему в след:
Я не позволю все разрушить, как это сделал мой единокровный старший брат... мой милый Робб...

Из всех потерь, именно его смерть стала для Сансы... роковой. Она практически ее сломала, уничтожила. Часто, в своих снах - кошмарах - она из раза в раз переживала одно событие, имевшее место быть в Королевской Гавани. Подарок Джоффри, что неведомым образом остался для всех остальных в секрете. Подарок, что был в стократ болезненней избиений Мерином Трантом.

Санса была вызвана в личные покои короля Джоффри. Шла степенно, с чувством собственного достоинства.
Ожидающий ее король полулежал в обитом бархатом кресле, он впивался в нее предвкушаемым взглядом голодного зверя; он спокойно отпивал вино из кубка, мерзко облизывая свои пухлые губы.

Зал был пропитан вонью гниющей плоти, но это - как казалось - Джоффри совершенно не смущало.

- Леди Санса, совсем недавно я обнаружил, что так и не одарил Вас достойным Вашей красоты даром в честь свадьбы между Вами и моим дорогим дядей, - Джоффри соскочил с кресла и стал медленно шагать по комнате. Его тон был шутливым и будто бы кающимся; смешки в своей речи он не сдерживал. - Позвольте мне исправить подобное недоразумение! И тотчас же одарить Вас! - хихинкула Его Королевская Милость и подала знак своим слугам.

Спустя мгновение полотно было одернуто на пол. И мир Сансы замер, лишившись звуков, людей, даже запахов - всего: в нем оставалась лишь она одна наедине со своим братом. То, что перед ней лежит тело убитого Робба, скорбящая сестра поняла сразу же - его фигуру она всегда могла отличить от всех прочих. Пусть оно и было гниющим, разлагающимся, разъеденным насекомыми.
Подкашивающимися ногами она вплотную подошла к самому столу, судорожно вцепилась в его край левой рукой и нависла над убитым. Правая рука, не касаясь, оглаживала разлагающегося тело, облаченное в пропитанную кровью и грязью выходную одежду. Головы брата не было - на его месте была пришита отрубленная голова лютоволка Робба - Северного Ветра. Подобное осквернение останков вызвало у Сансы улыбку: это был чистейший комплимент со стороны убийц - пришить голову спутника к телу его человека. Из всего, что они могли придумать, они выбрали наиболее сносное. Слезы капали на останки, а Санса улыбалась, въедливо осматривая тело брата. Судить было крайне сложно, но ей казалось, что молодой Король Севера на момент смерти несколько подрос с их последней встречи. Его широкие плечи, которые сейчас пожирали черви... Какими сильными они были - Робб мог с легкостью поднять свою сестру одной рукой, абсолютно не чувствуя напряжения в собственных мышцах. А эти руки - сейчас на них уже не было кожи, сплошное мясо с виднеющимися костями - они были такими нежными... Частенько Робб подлавливал Сансу еще девочкой в коридорах и щекотал ее, щекотал до хрипоты в голосе от заливистого смеха этими самыми родными руками...

Какой было мукой видеть тело мужчины, который был рожден для дел великих и прекрасных! Он должен был быть сейчас живым! Во главе их дома и войска! И уже отцом! Он должен был, если бы не...

До бела в ладонях вцепившись теперь обеими - широко расставленными - руками за края стола, Санса не смела поднять свой взгляд на короля. Ведь если бы можно было убить им одним - она бы это уже сделала; она наяву видела, как лютоволки разрывают его тело, как льется его гнилая кровь. Она слышала его крики боли, она слышала его скулеж, как у недобитой собаки, она слышала его нытье, которое и женщину не красит. Нет... Она видела не его одного... Она видела горы покореженных тел, залитых кровью: Ланнистеров, Фреев, Болтонов - всех предателей, всех кровных врагов ее семьи.

Санса не осознавала, что происходит, потому что молчала, потому что ничего не слышала, потому что ничего не видела кроме лежащего на столе разлагающегося трупа своего старшего брата. И, быть может, король сейчас и говорил ей что-то - тишина. Ничего не было. Теперь в зале было их трое: живая она, павший брат и человек, символизирующий собой всех ее врагов. Какой силы воли ей стоило не поднять своего, должно быть, тяжелого давящего взгляда на монаршую особу и остаться на месте - не броситься к Джоффри, чтобы разорвать его своими собственными руками.

Тогда она была на грани - Санса была в полушаге от собственной смерти. Потому что уже сделала шаг, уже практически бросилась на на ублюдка...

В последнее время Робб - гниющее его тело - являлось в кошмарах к ней все чаще. Будто бы одних воспоминаний о болтоновском бастарде ей не хватало...

Тем же вечером, в кабинете Леди Старк.

- Требую от вас абсолютной преданности, мейстер, - Санса стоит напротив ученого мужчины; его бороду только начало покрывать серебро седины. Они тихо говорили друг с другом, за плотно закрытыми дверями; охранники за ними исключали вероятность подслушивания. – Все, что происходит в замке – я должна знать. О каждом принятом решении брата – я должна знать. О содержании каждого письма, реакции на них – сразу после вы должны мне докладывать. Быть может лорд Джон Сноу и Хранитель Севера, однако – как это ни парадоксально, учитывая наше прошлое – северян я понимаю много лучше него. Не говоря уже о политике.
Мейстер молчал, со спокойным выражением лица слушал леди Старк. Таким же он был, исполняющим приказы лорда Русе Болтона, а затем и его сына бастарда. Лицо – застывшая маска, не меняясь в нем, он в тайне занимался лечением девушки: глубокими порезами на ее спине, что сейчас бледными шрамами сохранились на девичьей коже; ожогами и гематомами… укусами. Санса доверяла мейстеру Уолкану. Она чуяла – он был ее человеком.
- Разве когда-либо было иначе, миледи? – в отличии от лица, его голос – полотно художника. Слышны переливы красок, полутона и яркость ослепительного солнечного света.
Санса мягко улыбается в ответ, еле заметно.

Вслед за вышедшим за дверь мейстером, в кабинет вошел молодой мужчина, который, еще на пороге завидев стоящую у окна девушку, склонился в глубоком поклоне.
- Леди Старк.
- Видар, проходи.

Когда Санса только осваивалась со своим новым положением леди Болтон, одна милая женщина попыталась помочь ей сбежать из Винтерфелла, ставшим для Старк тюрьмой. Заговор, благодаря Теону, очень скоро был раскрыт – Рамси снял с бедной женщины кожу в целях узнать список лояльных своей жене людей. Однако Туя Кир мужественно терпела пытку, не проронив ни слова до самой своей скорой чрезмерно болезненной смерти, тем самым унеся в могилу имена людей, что хранили в своем сердце верность Дому Старк. После казни женщины Санса в некоторой мере сблизилась с ее дочерью, Энн Кир. Проводя редкие часы за беззаботными беседами с женщиной, Санса слушала много рассказов о ее брате Видаре, который уже долгое время помогал семье, зарабатывая на жизнь, состоя в наемных отрядах. Энн очень скучала по брату; по ее рассказам, будто бы просто забавным эпизодам из жизни, Видар представлялся человеком смекалистым и остроумным, находчивым и обладающим предприимчивым складом мышления. Санса сразу же поняла – как только она обретет свободу и положение, то этот молодой человек может очень ей пригодиться в делах определенного рода.
Видар был крепкого телосложения, среднего роста, с выразительными, по северно суровыми чертами лица. Он был одним из немногих воинов, что выжил после нападения железнорожденных на Винтерфелл. Сразу после того, как в сердце Севера пришли известия о произошедшем на Красной Свадьбе, Видар, покинул дом в поисках работы. Благо, удачливые воины всегда находили себе способ прокормиться. Когда пошел слух о том, что Старки снова объявились на Севере, верный когда-то данной в юношестве клятве, Видар, в компании своих верных друзей, поспешил обратно Винтерфелл, и прибыл туда уже совместно с армией лордов Долины, многие рыцари которой были его хорошими знакомыми.
Санса, как только Винтерфелл был отбит, не забыла о том, чтобы попросить пару воинов разузнать о том, как окружающие оценивают Видара как человека. Получив лишь лестные отзывы о мужчине, как о человеке долга и чести, на удивление все еще хранящим верность Дому Старк, Санса приняла не лишенное риска решение – он стал ее личным мастером над шептунами.
Мужчина не подвел – сеть уже оплетала весь Север и Восток. У него оказался самый настоящий талант.

- Итак, - Санса с комфортом садится за свой рабочий стол, а Видар – стоит перед ней, весь вытянувшийся. Дисциплина. - драконья королева прибыла, а вместе с ней и, как оказалось, верный династии Таргариенов паук. – Санса хмурится. Ныне, осмысливая прошлое, она уверена – у Вариса были все ресурсы помочь отцу сбежать из Красного Замка. Кто знает, быть может тогда… нет, ни к чему предаваться давящим душу грезам. – Мы с тобой уже предприняли превентивные меры, но мне хотелось бы еще раз обговорить все, более конкретно.
Беседа продолжалась до глубокой ночи.


Сидеть - находиться - в присутствии своего первого мужа... странно. Не то, чтобы неловко... именно странно. Сансе некомфортно некоторое время, пока в какой-то момент не приходит осознание - а чего собственно она переживает? Он, лично, ей не враг. И никогда не был.
И потому девушка расслабляется, откидывается на кресло. Хотя, быть может, вино повлияло. Увы, пьет она его в последнее время в достаточных для того количествах.
- Кажется, ты не была поклонницей этого чудесного напитка. Все течет, все меняется.
Он расслаблен, обращается к ней на ты. Никто, кроме членов семьи, даже лорд Ройс - тем более, лорд Ройс - того не был удостоен. Санса криво улыбается, поворачивает голову, лежащую на краю кресла, в сторону своего полуночного собеседника.
- Ну так я не могла себе позволить расслабиться... И даже сейчас, откровенно говоря, уже не могу в полной мере - пришли с пауком... - Санса тихо смеется. Шепчет еле слышно, - сети свои будете пытаться свить...
На последних словах ее тон тяжелеет. Санса внимательно смотрит на Тириона, его реакцию. Его - она это знала - не стоило недооценивать. Ни в коем случае.

- Ты стала еще прекраснее, Санса, но что-то в тебе, в твоем взгляде не дает мне покоя. Путь в Винтерфелл был слишком тернист и долог?
Девушка горько ухмыляется, демонстративно прикрывает глаза изящной ладонью левой руки.
- А ты в глаза мои не гляди...
Оглянувшись на Тириона, она замечает его взгляд. А именно - на ее руку. На ее оголенную широким рукавом кожу руки - рукав некстати опустился, когда девушка подняла руку - и оголила оскверненную Рамси кожу. Были видны два заживших глубоких пореза, оставивших после себя белые шрамы.
Санса делает вид, что ничего не произошло. Подумаешь, пара шрамов. Мало ли при каких обстоятельствах они были получены.
Тем более, они - сущая мелочь на фоне всей остальной картины.

[icon]https://78.media.tumblr.com/a182acc9a7abf6b15a722ceaec101e2b/tumblr_p1swxkxp6J1wllwrqo2_540.gif[/icon][nick]Sansa Stark[/nick][status]pain deep inside[/status][sign]https://78.media.tumblr.com/b3476a974a0dcef3a874661fb5f488e7/tumblr_pe6x0mUfbF1xe6ngko1_250.gif https://78.media.tumblr.com/e29c6205a6e62f1bf28967a083ff8b4d/tumblr_pe6x0mUfbF1xe6ngko2_250.gif[/sign]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (2018-10-14 23:48:28)

+1

6

[nick]Tyrion Lannister[/nick][status]Hand of the Queen[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/3e8d4970485a882994aebc8b79ab3129/tumblr_o9fibchMoW1s5m21go2_250.gif[/icon]
Санса подает голос, тихо смеется, и Тирион вздрагивает от пронзающей насквозь, подобно клинку, ассоциации. Тогда было теплее, и вонь столицы не могли перебить благовония в комнате королевы. Тогда случилось что-то хорошее, вроде бы Станнис погубил Ренли, и на одного подлого узурпатора, чья армия была пугающе огромной, стало меньше. Серсея тоже пила вино, тоже смеялась, хотя глаза ее оставались слишком, даже чересчур серьезными. Тирион обманулся, поверил ее переливчатому смеху, поймав себя на мысли, что хоть немного стал понимать, за что именно Джейме полюбил эту жестокую и подлую женщину. Тогда златоволосая королева в который раз ранила его, обвинив в убийстве матушки, как будто это было умышленное действие, как будто Джоанна Ланнистер не являлась и его матерью.

От речей Сансы также сквозит обвинениями - не прямыми, но достаточно явными, чтобы не оставить их без внимания. Санса довольно долго прожила в столице, и поэтому хорошо уяснила, чем именно промышлял лорд Варис всё это время, поэтому ее реакция понятна и оправдана. Только Тирион чувствовал необходимость в разъяснении некоторых моментов.

- Мы не враги тебе, твоим родным и твоему народу, Санса. Мы на одной стороне. Моя королева прибыла сюда по просьбе твоего брата, чтобы защитить человечество от врагов, что способны его уничтожить. Как только мы преуспеем в этом… - “если преуспеем” - мы возвратимся на юг, чтобы закончить начатое, - Тирион откидывается на спинку своего кресла и смотрит на Сансу прямо, как мужчина, которому нечего скрывать - вот он, маленький человечек, весь перед ней, а в речах его ни капли лжи: - Сейчас не до интриг и заговоров. Мертвые приближаются.

Он действительно не лжет - лишь недоговаривает, озвучивает самую важную часть их планов, известную всем и являющуюся истиной. Сансу не должны пугать Варис и его пташки, если у нее нет желания навредить Дейенерис. Если же есть, то ни от королевы, ни от ее Десницы это скрыть не удастся.

Север был безразличен для Таргариен, особенно после присяги Джона Сноу. Ей нужны были верные мечи для победы над Серсеей, а что именно происходило здесь, в стенах этого замка между его обитателями, совсем не волновало - если это, естественно, не планы измены, не жажда оспорить ее право на Железный Трон. Заговоры никогда не были сильной стороной Старков, однако пустить все на самотек было бы крайне глупой затеей. Лорд Варис прекрасно знал своё дело, имел достаточно опыта, чтобы действовать аккуратно и осторожно, хорошо понимал народ, которому служил. Как бы безустанно северяне не превозносили себя над другими жителями Вестероса, жестокая действительность от этого не менялась: от Стены до Края Теней за Асшаем люди оставались одинаковыми - отчасти различались лишь методы подхода к ним. А в поисках путей к людским сердцам Варис был самым настоящим мастером.

И раз леди Старк это так беспокоит, Тирион наведается к своему Пауку и посоветует быть куда внимательнее и осторожнее, а саму Сансу не оставлять без присмотра. Какую бы симпатию Ланнистер не испытывал к этой девушке, свои уроки он уже усвоил - женщины бывают куда коварнее и хитрее мужчин.

— А ты в глаза мои не гляди…
, - говорит она, театрально прикрывая верхнюю часть своего лица ладонью. У Тириона данный жест вызывает добрую усмешку. Ему, выпившему достаточно вина, кажется, что Санса заигрывает, к тому же обращение на ты (впервые за все время их знакомства) пришлось ему по душе. Теперь они были равны в ее глазах.

- Куда же тогда можно гля… - начинает он, но прерывается на полуслове, цепляясь взглядом за белые отметины на ее гладкой коже, прекрасно различимые даже при не самом ярком свете свечей. Добрые искорки в зеленых глазах карлика пропадают моментально, на лице не остается ни одной эмоции, а легкие начинает жечь от нехватки воздуха.

Этого не было в Красном Замке, он отчетливо это помнил. Джоффри был чудовищем, но его “дары любви”, что преподносили рыцари Королевской Гвардии в то время, как Тирион был в неведении, были залечены и быстро зажили. В то время, пока он был Десницей вместо Тайвина вплоть до самой Пурпурной Свадьбы к Сансе никто не смел прикасаться.

Шрамы появились после.

“Это не твое дело, не лезь в её жизнь, просто сделай вид, что не заметил. Она уже не твоя жена, не та девочка, которую требовалось защищать и оберегать, она другая, как и ты.”

Но он слишком разгорячен вином и собственными мыслями о прошлом, чтобы прислушаться к голосу собственного рассудка.

- Кто? - негромко спрашивает Тирион, крепко сжимая ручки кресла и выпрямляясь, делая необходимый сейчас вдох, чуть наклоняя голову вперед. Мужчина смотрит в глаза Сансы прямо, игнорируя ее прозвучавшую ранее просьбу, а во взгляде немой приговор любому, чье имя она назовет. Да, он маленький человек, но власть, которой он снова обладает как Десница, простирается достаточно далеко.

Он не интересовался жизнью своей жены после их расставания - она убежала прочь из Королевской Гавани тогда, а он был брошен в темницу, оклейменный цареубийцей. Не до Сансы ему было все эти годы, так почему же сейчас что-то клокочет в груди при виде белых шрамов на ее руках? Вопрос, над которым Тирион подумает чуть позже.

Сейчас ему было необходимо имя.

Отредактировано Orion Black (2018-09-06 21:33:58)

+1

7

- Давай подумаем, Тирион... что было бы, не преклони Джон колена? Ммм? - Санса делает глоток вина из кубка, прикрывает глаза. Усмехается. И снова глядит на Тириона, глаза в глаза. Прищуривается. И все продолжает молчать. - Допустим, сожгла бы заживо, своими детьми. Как ее отец казнил ни в чем неповинных моих деда и дядю. Или оставила пленником, инструментом для шантажа. В любом случае, Северяне не пошли бы на уступки. И потому только мы стали бы щитом между живыми и мертвыми. В случае нашей победы - вы бы все нас добили. В случае проигрыша - проиграли бы и вы сами. Ибо никакая армия не спасет против сотен тысяч нелюдей.
Санса поворачивается в сторону Тириона, подается всем корпусом.
- И, дабы не возникло между нами никакой недосказанности, это твое "мы" существует вплоть до конца войны с мертвыми. Давай откровенно. Война будет идти на нашей земле. Истощаться будут наши ресурсы. По приданиям, Король Ночи силен при непогоде, так что я крайне сомневаюсь, что незнакомые с суровой зимой ваши воины будут ощутимым для нас подспорьем... В любом случае, после этой войны, после того как мы выиграем, Север ни в коем разе не будет содействовать твоей королеве. К тому времени мы достаточно прольем своей крови. Будет так, или я не Санса Старк из Винтерфелла.
- Согласна, - кивает полумужу, - сейчас не до интриг.

Какая все таки судьба проказница - снова встретились, снова по разные баррикады. Санса чуяла это нутром - в глазах Тириона читалась непоколебимая верность своей драконьей королеве. Наконец, нашелся тот, кто ценил его ум, гений.

- Кто? - односложно спрашивает Тирион, и сколько чувств в его голосе.
Санса недоуменно вскидывает бровь, глядя на своего бывшего - фиктивного - мужа. Нервно дергает плечом, отворачивается.

И что ему ответить?..

- Как плохо, однако, Варис делает свою работу, - качает Санса головой в наигранном разочаровании. - Прибыли на место, и даже не поинтересовались его новейшей историей... - Сансу ведет - начинает смеяться. Нервно, горько, чуть дергано. Слишком расслабилась. Слишком устала держать все в себе.
Играют желваки, пальцы девушки крепко сжимают кубок с вином. Она осушает его одним глотком.
Бросает косой взгляд на Тириона - все так же смотрит. В ожидании ответа.

Да какое ему вообще дело?!..

Прикрывает глаза.

- И я требую,
Чтобы ты вернул мне мои чувства,
Очистив их
От грязи, которой полил...
- тянет Санса хриплым голосом, играя с кубком в руках; глаза все так же прикрыты, - скажем так... второй мой брак кардинально отличался от нашей с тобой супружеской жизни.
Санса вновь смеется, хохочет. Поднимается на ноги, идет к шкафу библиотеки. Наклоняется - и спустя мгновение в ее руке бутылка вина. Девушка до краев наполняет свой кубок и осушает половину. Падает обратно в кресло, мутным взглядом глядя на Тириона.

Странно, она уже сказала ему много больше, чем тому же Джону, Арье...

- Мне очень жаль, - спустя долгое время говорит Санса. В ответ на не заданный вопрос дополняет. - Я о Шае. Предательство, пожалуй, бьет больнее всего.

[icon]https://78.media.tumblr.com/a182acc9a7abf6b15a722ceaec101e2b/tumblr_p1swxkxp6J1wllwrqo2_540.gif[/icon][nick]Sansa Stark[/nick][status]pain deep inside[/status][sign]https://78.media.tumblr.com/b3476a974a0dcef3a874661fb5f488e7/tumblr_pe6x0mUfbF1xe6ngko1_250.gif https://78.media.tumblr.com/e29c6205a6e62f1bf28967a083ff8b4d/tumblr_pe6x0mUfbF1xe6ngko2_250.gif[/sign]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (2018-10-14 23:51:20)

+1

8

[nick]Tyrion Lannister[/nick][status]Hand of the Queen[/status][icon]https://78.media.tumblr.com/3e8d4970485a882994aebc8b79ab3129/tumblr_o9fibchMoW1s5m21go2_250.gif[/icon]
Варис делает свою работу восхитительно, собирая информацию по мельчайшим крупицам. Тирион уверен, что спроси он своего мастера над шептунами о количестве шрамов на теле Сансы Старк, тот бы ответил с поразительной точностью, даже назвав их приблизительное местоположение.
Только вот Десницу Королевы волновали совершенно другие темы - семейная жизнь чудом выжившей леди к их числу не относилась.
“Не так ты и важна, девочка, как поют тебе в уши твои северные вассалы”, - жестко про себя отмечает Тирион, хотя прекрасно понимает, что уже завтрашним утром его багаж знаний пополнится. Забыть увиденное ему уже не под силу.

Ланнистер смотрит на нее неотрывно, не говорит ни слова, дожидаясь ответа. Ее поведение беспокоит Тириона, ее смех так похож на пронзительный, душераздирающий крик. В столице она позволяла себе плакать, здесь же, видимо, всесильному “Гласу всего Северного Народа” такая роскошь, как слезы, была непозволительна. Вот и прорывается накопленное внутри в высоких, еле уловимых нотках отчаяния.
“Плачь, Санса. Разве плакать стыдно? Разве слезы для женщины - признак слабости?” Тирион не разделял этого мнения.

Но она не заплачет, не при нем уж точно. Ему - лишь смех, что будет сниться в кошмарах, да отрывок из песни. Не о Флориане и Джонквиль, совсем нет - об умершем дредфортском бастарде. Какие времена, такие и песни.

Тирион молчит, даже не реагирует в собственной манере на обнаружившуюся бутыль с вином в библиотеке - слишком ошарашен ее признанием. Он даже рад, что Санса на какое-то время покидает свое место, не смотрит на него, а значит и не замечает той судороги, что на какой-то миг прошлась по его обезображенному лицу.

Так значит муж - настоящий и имеющий все права на свою женщину. Возможно, по иронии судьбы, он был высок и красив, что ваш Рыцарь Цветов, и действительно поначалу нравился Сансе, воспитанной на песнях о любви и донельзя романтизированных историях о Деймоне Блэкфаере и Дейенерис, Нейрис и Рыцаре-Драконе, Эйегоне Завоевателе и Рейнис - в них мужчины благородны и готовы ради своей любви на многое. В жизни мужчинам нужны замки и титулы, женщины являются лишь способом достижения желаемого.

Только бастард не отнёсся с трепетом к подарку богов, попавшему с такой легкостью в его руки. Исход очевиден: смерть и позорный конец древнейшего дома Болтон. Только ублюдок все еще жив - в ней, переломанной и израненной, в отметинах на ее теле, в ее смехе. И появится ли в жизни Сансы Старк человек, способный исцелить и, словно Старица, осветить ее путь? Тирион очень ей этого желал.

“Нужно было уехать до свадьбы Джоффри и Маргери…”

Но они не уехали, и поэтому сейчас здесь - преданные кем-то и не раз, умершие и восставшие из пепла вновь. Как там у Грейджоев: “То, что мертво, умереть не может”.

Они молчат достаточно долго, погруженные внутрь себя. Тирион не осмеливается задать новые вопросы, желая уберечь Сансу от лишних переживаний и волнений, с нее и так было достаточно. Только вот леди желает нанести ответный удар - и наносит, не прицеливаясь, попадает в цель. Тирион усмехается, смотрит в свой кубок перед тем, как опустошить его - за Шаю, “усладу его и позор”. Уж слова этой песни он помнит прекрасно.

- Предать может лишь тот человек, который был предан. Разве может шлюха что-то знать о преданности? Но Шая...- “и когда ее имя перестанет до крови раздирать мое горло?” - ...получила за свои показания на моем суде по заслугам. Возможно, тебе неприятно слышать об этом - помнится, она была не самой плохой из твоих служанок.

“Интересно, как отреагировала Серсея, увидев на постели нашего благородного и принципиального отца мертвую шлюху? Что приказала сделать с ее телом? Скорее всего, выкинуть в Черноводную под покровом ночи, чтобы никто не узнал о грязном секрете покойного Тайвина Ланнистера”

- Такие удары необходимы, иначе уроки никогда не будут усвоены. И, судя по печальному итогу жизни нашего друга Мизинца, уроков у тебя было достаточно, - говорит он негромко, наполняя свой кубок и поднимаясь с собственного кресла, подходя к Сансе и с тихим звоном касаясь ее кубка своим: - За наших мертвых учителей и их приятнейшее пребывание в Седьмом пекле.

“Надеюсь, мы с ними не увидимся, Санса. По крайней мере, не слишком скоро”.

+1


Вы здесь » Marauders: Royal Flush » Альтернативная реальность » ...until you want me too


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC